Давайте выпьем
Ростовская мебель
 

Белый танец
Горшков давно просил Спиридонова с кем-нибудь его познакомить. Наконец Спиридонов сказал:
- Записывай.
- Симпатичная?
- Симпатичная. Костлявая только.
- Я костлявых не перевариваю, - сказал Горшков.
Но телефон записал.
- Звонить после десяти, - сказал Спиридонов.
- Утра или вечера?
- Не помню.
- А что сказать?
- Может, за тебя и все остальное сделать?
Горшков позвонил ровно в десять вечера. Трубку никто не снял. Перезвонил Спиридонову.
- Трубку никто не снимает.
- Значит, ее нет. Ты чего, будешь теперь мне о каждом своем шаге докладывать?
Горшков позвонил через час. Трубку сняли. Горшков сразу это понял.
- Зину можно?
- Можно.
Горшков подождал. Потом спросил:
- Вы что там делаете? Молчите?
- Так я ж сказала: можно.
- А вы чего - Зина?
- Зина. А вы?
- А я - от Спиридонова.
- Ой, подождите, я чайник сниму! - оживилась вдруг Зина.
Горшков подождал. В трубке снова возникла Зина:
- Я тут.
- Все нормально? - спросил Горшков.
- В смысле?
- Ну, с чайником. Сняли?
- Допустим, - сказала Зина.
Горшков помолчал. Потом спросил:
- Чаю попить хотели?
- Нет, кофию.
- Кофе на ночь вредно пить! - обрадованно выпалил Горшков.
- Почему же?
- Да это я так шучу.
- Ну, рассказывайте, кто вы, что вы, где работаете?
- Сейчас - механиком.
- А раньше?
- И раньше - механиком. Я всю жизнь - механиком.
- Как родились?
- Нет, попозже.
- Женаты?
Горшков не ответил.
- Что вы молчите?
- Думаю.
- Думаете, женаты ли вы?
- В принципе - нет.
- Как это?
- Она - стерва!
- А дети есть?
- Нет, - ответил Горшков. - Она их с собой забрала.
Договорились встретиться у какого-нибудь метро.
- Вы как будете одеты? - спросила Зина.
- На ногах - ботинки.
- Со шнурками? - уточнила Зина.
- Сейчас посмотрю, - сказал Горшков.
Зина сказала, что будет одета в синюю куртку.
Горшков приехал к месту встречи и уже издали увидел девушку в синей куртке. "Симпатичная, - подумал он. - Хреново. Могу не понравиться".
- Вы - Зина? - с трудом развернув улыбку, подошел к ней Горшков.
Девушка нецензурно ответила в рифму. На букву "П".
Горшков тоже послал ее с матерком. Но уже - в затылок. Поэтому она его не услышала. Услышал здоровенный мужик, проходивший мимо. Горшков сбивчиво объяснил ему, что отправил не его. Мужик поверил и отпустил Горшкова.
Через несколько минут выяснилось, что половина человечества - в синих куртках. Горшков перестал обращаться ко всем синим, к тому же один из них оказался парнем с длинными волосами и врезал Горшкову по чайнику.
Поэтому Горшков теперь стоял без всяких признаков жизни и только думал: "Хорошо бы не эта!.. А вот эта бы - хорошо!.."
Зина возникла с тылу. Совершенно не такая, какая была по телефону.
- Здравствуйте, Коля!
- А я вас сразу узнал, - сказал Горшков.
- Почему же?
- Так вы ж сказали: "Здравствуйте, Коля"!
Горшков пригляделся: Зина оказалась в очках. Поэтому он спросил:
- Вы - не учительница?
- Нет. Бухгалтер. Я же вам говорила.
- Бухгалтер, милый мой бухгалтер! - спел ей Горшков.
- Куда пойдем? - спросила Зина.
- Прогуляемся для разнообразия, - сказал Горшков.
Прогулка потекла по улице. Зина быстро завяла от шума и пыли грузовых машин и через час сказала:
- Может, поедем ко мне?
- Давно пора! - проснулся Горшков. - Может, я вас тогда уж и под руку возьму? Я сразу хотел предложить, да подумал, что это будет не совсем удобно.
- Под руку?
- Нет, к вам - домой.
Квартира была однокомнатная.
- Сразу видно - женщина живет, - сделал вывод Горшков.
- А как вы догадались?
- Чисто у вас.
- А у вас что, окурки на полу валяются?
- Нет, на полу не валяются, - обиделся Горшков. - Но в раковине можно найти. Мокрые, правда.
- Но можно подсушить!
- Кстати, о планировке. Туалет имеется?
- Вообще-то - да. Вторая дверь.
- Вас понял. Запомним на будущее.
Горшков прошел в комнату, а Зина метнулась на кухню.
- Коньяк будете? - крикнула она.
- Ну, раз ничего другого нет... - сказал Горшков.
Зина вернулась с коньяком и двумя грейпфрутами в тарелке, похожими на грудь Венеры.
- А чего коньяк не полный?
- Отмечала свой день рождения.
- Плохо, наверно, отметили?
- Почему?
- Так не допито.
- Эта третья была.
Горшков налил себе и Зину не забыл.
- Как говорит Костя Мелихан, поднимая тост за даму: "Дай бог - не последняя!"
Горшков сразу осушил свою рюмку и тут же наполнил снова. Зина грела свою в маленьких ладонях.
- Может, включить музыку?
- Ага! - обрадовался Горшков и поперхнулся коньяком. - Делать-то все равно нечего.
Зина врубила магнитофон.
- Пугачиха! - сказал Горшков и откинулся в кресле. - Моя любовь!
Зина взяла его за руку:
- Потанцуем?
- О, белый танец! - сказал Горшков и попытался допить коньяк. - Дамы приглашают кавалеров.
- А есть еще голубой танец, - сказала Зина, убирая из рук Горшкова рюмку. - Кавалеры приглашают кавалеров.
Зина протанцевала с Горшковым до конца всю песню, а потом завалила его на диван, предварительно дернув ногой на себя нижний край.
Выйдя на улицу, Горшков машинально посмотрел на часы: вся процедура заняла сорок минут. "Да, - подумал он, - бухгалтеры ценят свое время!"
На другой день позвонил Спиридонов:
- Ну, как?
- Нормально, - ответил Горшков. - Только я не понял, кто кого - я ее или она меня?

- Ну, если не забеременеешь, значит, ты - ее!


Rambler's Top100 Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru