Давайте выпьем
Ростовская мебель
 

Соловьиная песня
   Соловей раскачивался на ветке, насвистывал что-то из классики. Прохожие слушали и на ходу улыбались.
   Неподалеку от соловья трудилась гусеница. В поте лица жрала  лист  за листом без перерыва.
   Соловей покосился на гусеницу и подумал:
   - Одни живут, чтобы петь, другие живут, чтобы жрать! Я для людей, она для себя!
   Соловей защелкал, засвистал, но, увы, в  этот  раз  верхнее  "до"  не взял, не дотянулся. "Си" взял, а на "до" не хватило.
   - М-да! Чего-то не то! - соловей уставился на гусеницу. Жирная, розовая, она тупо жевала листву, будто боялась, что кончатся листья.
   - Дура, тут хватит на детей, внуков и правнуков!
   Соловей набрал воздуха, взял три первые ноты,  но  опять  не  дотянул верхнее "до"! Огорченный, он подхватил клювом гусеницу и проглотил.
   Гусеница была превосходной!
   Соловей откашлялся, выдал трель, взял легко верхнее "до" чистым  звуком. Люди внизу остановились, захлопали.
   Соловей раскланялся и подумал:
   - Даже те, кто живет, чтобы петь, должны жрать, чтобы петь.
   Он снова защелкал, засвистал под аплодисменты. Жаль,  гусеница  этого не слышала, потому что пусть небольшая доля в успехе соловья,  безусловно, принадлежала ей.
   Верно говорят: "искусство требует жертв!" В смысле, хотите соловьиного пения - дайте гусениц!


Rambler's Top100 Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru